Меня беспокоит конь. Вот уже недели три где-то на периферии сознания меня беспокоит конь.
Понимаете, из соображений экономии живу я в пригороде, а на работу в город приходиться ездить в старой грязной электричке. Есть конечно и экспрессы, в них гораздо чище и теплее, народу поменьше, да и идут они значительно быстрее, но, если ездить постоянно, то получается накладно. И вот каждый рабочий день я сажусь в электричку (стараюсь прийти пораньше и занять место у окна – так безопаснее). Ну в смысле что тебя не затолкают, и чужой человек прикасается к тебе только с одной стороны, а с другой – окно.
И вот каждый день я сажусь в электричку в 8 утра, и возвращаюсь на ней, немного отупевший от усталости, в 9 вечера. Со мной всегда «хорошая» книга, она служит барьером между мной и множеством других отупевших людей. Естественно, что обратно я тоже стараюсь устроиться у окна.
Немного нервирует, что серость дня и серость людских лиц как бы смазывает их яркие одежды, превращая все в грязную кляксу.
Я ловлю себя на мысли, что уже не слежу за сложным сюжетом «хорошей» книги, а смотрю в окно, думая об этих людях с серыми лицами в ярких одеждах.
Давно знакомые станции, звуки, ощущения. Чахлые деревья, серые заборы с внезапными вспышками граффити, испещренные вызывающими надписями…
И тут я увидел коня.

Насыпь идет высоко, и из окна электрички можно увидеть то, что находится за этими заборами. Это была обыкновенная помойка, хоз-двор какой то мастерской, покрытый битым красно-белым кирпичом, с узкой полоской поросшей травой земли. Вот там и стоял конь. Электричка ползла мимо, я следил за ним взглядом. Он не шевелился, я было подумал, что конь не настоящий, муляж или объемный рисунок, но неожиданный образ словно отпечатался в моем мозгу и уже давно проехав, я видел его перед глазами очень четко, и, обнаруживая все новые и новые детали, не осталось сомнения, что конь был живой. Было там и небольшое корявое дерево, тень от которого падала на него, и большой ржавый бак в котором что-то медленно тлело, ту полоску земли огораживал низенький бордюр и вроде бы конь опирался на него копытом, но в этом я неуверен.
Что там, за этим забором, в промышленном районе делал конь? Вообще-то с чего я взял, что это конь? Я совсем не разбираюсь в лошадях, может, это была лошадь, то есть конь женского рода, или как их там еще называют, не знаю.
Но, понимаете, когда я увидел его так неожиданно, в голове само возникло: - Вот стоит конь. Между прочим, он был рыжий с черными ушами. И причем довольно упитанный, про хвост я не помню, наверное, он не попал в поле моего зрения.
Утром следующего дня я не то чтобы все время смотрел в окно, а так, периодически поглядывал, Пытаясь узнать то место, и, кто знает, может быть еще раз увидеть моего коня.
Он стоял в той же позе, мой рыжий упитанный конь. Хвоста я опять не увидел, моя голова поворачивалась по ходу электрички, и я жадно старался запомнить все, что возможно запомнить.
Похоже, за этим забором парк. Может, моего коня выводят днем развлекать в парк детишек, знаете, катать их за деньги, он же красивый… А что еще можно подумать?.. А может… нет, нельзя мне думать о плохом, плохое всегда сбывается…
Что-то плюхнулось рядом на сиденье. Вдруг мой нос почувствовал резкий зловонный запах табака и чего-то кислого. Боже, что село рядом со мной? Я уткнулся в книгу, боясь поднять глаза. Я так и знал, я ведь чувствовал, ну нельзя мне думать о плохом, теперь ни смогу прочесть ни строчки, когда меня что-то раздражает, я не могу сосредоточиться. Конечно, можно встать и поискать другое место, но тогда придется встать, увидеть то, что село рядом со мной, может быть даже встретиться с ним глазами, протискиваться, извиняться, а все будут смотреть на меня… Эту дилемму я решал, пока не объявили мою станцию.
Вот так и получилось, что все мои мысли постепенно занял конь. Я думал о нем по ночам (отчего, между прочим, перестал высыпаться) и на работе, (где меня впрочем, всегда считали ленивым и рассеянным работником) и, естественно, в электричке. Иногда я не видел коня по нескольку дней, волновался, даже привставал со своего места, рискуя привлечь внимание попутчиков, и с облегчением вздыхал, увидев его снова, пытаясь в ладонях скрыть идиотскую улыбку.
Вскоре я начал задумываться, а почему никто кроме меня не видит коня? Всякий раз всматривался в лица людей, (наверное, впервые) ища хоть кого-то, кто бы обратил внимание на него. И ни разу, вы понимаете, ни разу, никто, не…посмотрел…в…его…сторону!!!
Наконец я увидел хвост. Он у него, оказывается, тоже черный, и такой густой, похож на метелку. Та же помойка, но конь стоял в профиль, выглядел довольным и слегка помахивал хвостом.

Они передавали, что будет гроза, но они не передали, КАКАЯ это будет гроза…Я уже принял таблетку и лег спать (я ведь никак не могу опаздывать на работу) когда почувствовал необычность этой грозы. Молнии били одна за одной, но гром гремел редко, где-то через 5-6 всполохов, я даже начал считать, пытаясь как-то упорядочить это явление. Деревья за окном метались как бешенные, а гром не гремел, нет, он бил в барабан, долго и протяжно, казалось, в середине моей головы. Природа взбесилась, как взбесились и припаркованные рядом машины, которые вслед за громовыми раскатами начинали вопить в кромешной тьме, как раненные животные… Стоп… раненое животное? А как там мой конь? Неужели он так и привязан там, между забором и бордюром, на узкой полоске земли, к корявому дереву? Не думать об этом… Не надо думать о плохом…
Но гром гремит так страшно, я вышел на балкон, и в свете всполохов, на фоне оглушающего ливня, земля казалась рекой, с торчащими, будто ожившими деревьями.
О мой бедный конь…Что я могу для тебя сделать сейчас? Я и сам одинок, давно живу один, и отвык даже от простого общения с людьми. Но все-таки сейчас они меня окружают, как в муравейнике, в этой коробке с дырками, так называемым домом, наверно, мне не так одиноко и страшно как тебе, привязанному… использованному днем и забытому вечером.
Ха, одиночество мобилизует. К тебе, как и ко мне, никто не придет на помощь, мы должны сделать все сами.

И я сделаю! Я сделаю для тебя все возможное! Я пойду в управу, где сидят эти раздувшиеся от высокомерия начальники, я скажу им, куда же они смотрят, в конце концов, должен же кто-то ответить! И потом, существуют какие-то общества зеленых, борющихся за права животных, надо сообщить им, пусть поднимут общественность, позовут прессу, пусть делают что- нибудь, а то только болтать умеют…
Господи, 3 часа ночи, голова раскалывается… А можно прямо на телевидение…Пусть придут туда со своими камерами и разберутся, что делает в промышленном районе конь, у них же есть на это право!
А я кто такой ? Да кто меня станет слушать? Хотите, чтоб меня высмеяли??? (О, как я ненавижу, когда надо мной смеются).
Ладно, допустим я пойду на этот склад (думаю, что смогу его найти), дорога, потом длинный забор, там наверняка должна быть калитка…А дальше? Дальше придеться говорить. Представляю себе этот разговор...
- Здравствуйте, скажите пожалуйста, что на Вашей территории делает конь? (Господи, какой бред)
И в ответ: - Ты кто такой?
Наверняка открывший будет большой и «опасный». Такие всегда говорят – ты.
- Понимаете, я пассажир проходящей электрички, я давно увидел Вашего коня и интересуюсь… ( какая глупость, ну кто даст мне договорить?)
- Пшел вон…
Так и будет, я вас уверяю, что так и будет. А может даже побьют, или спустят собак… Я не хочу…
Никуда я не пойду. Я не смогу, потому что заранее знаю, что будет. Ничего хорошего для меня не будет, это точно. Я всегда заранее знаю, чем закончиться. И в газету тоже не пойду, мне утром на работу. Все.
Не смог забыть о коне ни на минуту. Мысленно разговаривал со всеми, кто теоретически мог бы помочь ему. Никто не помог, никто ничего не понял. Я не умею объяснять. Теперь все.
Ненавистный будильник, промозглое серое утро за окном, беспокойное ожидание встречи с моим конем после этой безумной ночи, это так изматывает, мои нервы никуда не годятся.
Сел у окна, отправления ждать 18 минут. С краю сел «неопасный» человек, хорошо. Ну конечно, только так и могло случиться – за 1 минуту до отправления:
- Тут свободно? (Молчу, напряженно уставившись в книгу)
- Да, конечно,- ответил кто-то.
Чувствую огромное тело, которое устраивается посередине, мне физически больно от прикосновения, вжимаюсь, стараясь не соприкасаться, но оно отвоевывает себе все больше и больше пространства, прижимая меня к окну. Краем глаза вижу огромную белую голую руку. Боже, она прикасается ко мне, теплая и потная… Господи! Я не выдержу!.. Уже давно бы сбежал, если бы не конь. Да мне плевать на тебя, рука, у меня там, за окном, минут через 15 будет мой конь, и я ни за что не встану. Буду терпеть, чего бы мне это ни стоило. Ради него, пусть он даже рыжая лошадь с черными ушами и хвостом-метелкой, живущая на помойке, буду терпеть.

Его не было там, на том клочке земли с деревом, посреди битого кирпича и невысохших луж. Проклятая тетка с белой, толстой, потной рукой, это ты во всем виновата. Меня аж затрясло от злости. Я привстал, чтобы подольше удержать взгляд на этом злосчастном месте. Ну за что мне это? Чувствую как подступают слезы, за что, что с ним, с моим конем? Я по прежнему стоял, на меня уже смотрели, пришлось посмотреть и мне.
Лицо у хозяйки толстой руки оказалось неожиданно приятным. Спокойные, чуть усталые добрые глаза, наивная доброта во взгляде, она смотрела на меня даже чуть виновато. Смотрела на меня!!! Может, рассказать ей про коня?.. А вдруг получиться?.. О-О-О.
Все, я выдохся, спустился, как воздушный шарик…я ни-ко-му ни-че-го не сумею рассказать. Это моя беда. Я истощен морально и физически.

Значит так…Первое…Я увольняюсь с работы. Прямо сегодня пойду к начальнику и скажу, что увольняюсь (представляю его физиономию, наверно, сам мечтал меня уволить, а тут я сам подхожу, я сумею…)
Второе… Я больше никогда в жизни не сяду в эту электричку, где справа за окном, перед станцией с парком, есть помойка и там стоит конь.
Поймите, я больше не могу постоянно думать о нем, о том, что наверное, можно что-то сделать для него, и о том, почему я этого сделать не могу.
Третье… А больше всего мне хочется привязать себя к дереву на пути чьего-то следования и научиться махать хвостом.


автор: Наталья Болховская.